Отзывы как вдохновение: по рекомендации Донато Карризи

В предыдущем обзоре было представлено творчество известного итальянского писателя Донато Карризи, а что же читает маэстро психологического детектива?
Абсолютным мастером и любимым писателем для него является Кен Фоллетт. Карризи отмечает: «Вы не читаете книгу [Фоллетта], вы становитесь ею».
Кроме того, итальянский автор с удовольствием читает коллег по цеху:

Маурицио де Джованни (итальянский мастер детективной прозы)

Стиг Ларссон (автор гипнотических и неспешных скандинавских триллеров)

Стивен Кинг (король ужасов и саспенса).
Поподробнее остановимся на творчестве Кена Фоллетта.
Английский писатель, родился 5 июля 1949 года в уэльсском городе Кардифф в семье налогового инспектора. В детстве Кен Фоллет был лишен таких радостей, как телевизор или кино, поэтому его богатое воображение искало выхода в книгах. Когда ему было 10 лет, семья переехала в Лондон. Там же в возрасте 18 лет он поступил в университет, где изучал философию. В 1970-м закончил университет и курсы журналистики, вернулся в Уэльс, где получил работу в газете. В 1973-м возвращается в Лондон и работает в «Вечерних новостях». Со временем работа в газете перестает приносить удовольствие. Фоллетт начинает писать книги. Однако, на протяжении нескольких лет — это не более чем хобби: книги пока не могут приносить настоящий доход. Наконец, в 1978 году выходит его первый настоящий бестселлер «Игольное ушко» о работе британской контрразведки в годы Второй Мировой Войны. Роман имел большой успех и сделал Фоллетта знаменитым писателем.

Рассмотрим подробнее 3 романа:

«Зима мира»

Действие романа относится к первой половине ХХ века и охватывает события, происходившие в канун Второй мировой войны, а также военное и послевоенное время. Главные его герои — интеллектуалы и рабочие, аристократы, военные и политики России, Германии, Англии и США, чьи судьбы переплелись в затейливый и непредсказуемый узор. На их глазах рушится мир, к власти в Европе приходит Гитлер, ввергший континенты в войну, а их жизни вмещают в себя и эпохальные события, и неисчислимые беды, и тихие радости.

«На книжной полке стояли адресные справочники, телефонные книжки, несколько словарей и атласы, а почитать было нечего. В ящике стола лежали карандаши, несколько новых пар форменных перчаток, все еще в оберточной бумаге, пачка салфеток и блокнот с именами и телефонами.
Карла установила на календаре сегодняшнее число, 27 февраля 1933 года. Потом вставила в пишущую машинку листок бумаги. Она напечатала свое полное имя: Хайке Карла фон Ульрих. В возрасте пяти лет она объявила, что имя Хайке ей не нравится и она хочет, чтобы все называли ее вторым именем, — и, к некоторому ее удивлению, родные согласились.
При нажатии каждой клавиши пишущей машинки в воздух поднимался металлический стержень и бил по листу бумаги через чернильную ленту, отпечатывая букву. Когда нечаянно она нажала сразу две буквы, стержни зацепились друг за друга. Она попыталась их расцепить, но не смогла. Нажала на другую клавишу, но это не помогло: теперь застряли три стержня. Она застонала: вот у нее уже и неприятности».

Фоллетт, Кен. Зима мира: роман / К. Фоллетт. — Москва: АСТ, 2017. — 928 с.


«Белая мгла»

Секретная правительственная лаборатория ограблена! Сверхсовременная система сигнализации почему-то не сработала. Лаборант, занимавшийся разработкой вакцины против таинственного вируса, погиб. И похищен контейнер, содержащий смертельный вирус. Кто подвергает угрозе жизни сотен тысяч людей?! Расследование начинает начальник службы безопасности лаборатории Тони Галло. Пока ее надежда — снежная буря, которая должна хотя бы на время остановить распространение вируса.

«Но будет куда хуже, если она окажется права.
Сотрудник отсутствует без разрешения; он солгал насчет того, куда собирался ехать, и в хранилище не хватает нового медикамента. Неужели Майкл Росс совершил что-то, подвергшее его смертельной заразе? Медикамент все еще находился на экспериментальной стадии и не действовал против всех вирусов, но Росс мог решить, что это лучше, чем ничего. Какое бы дело Росс ни затеял, он не хотел, чтобы кто-то в течение двух недель звонил ему домой, и потому сделал вид, что уезжает в Девон к матери, которой уже не было в живых.
Моника Ансари сказала: «То, что человек живет один, еще не значит, что он чокнутый, верно?» Подобная фраза может означать как раз противоположное. Биохимик почувствовала в Майкле что-то странное, хотя, будучи рационально мыслящим ученым, не решалась положиться на интуицию.
А Тони считала, что интуицией никогда не надо пренебрегать.
Ей была невыносима мысль о последствиях, если вирус Мадоба-2 каким-то образом вырвется из пробирки. Он крайне заразен и распространяется через кашель и чиханье. И смертелен. От ужаса ее пробирала дрожь, и она нажала на акселератор, ускоряя движение»
.

Фоллетт, Кен. Белая мгла: роман / К. Фоллетт. — Москва: АСТ, 2017. — 352 с


«Место под названием «свобода»

1767-1770 годы, угольные шахты Шотландии, порты Лондона, табачные плантации Америки. Простой шахтер Макэш по прозвищу Мак и аристократка Лиззи Хэллим. Что может быть у них общего? Тем не менее они постоянно сталкиваются на жизненном пути, поочередно спасая друг друга от смертельных опасностей, сближаются, влюбляются и в итоге вместе обретают вожделенную свободу, к которой шли разными путями.

«Прислуга из усадьбы и мелкие окрестные фермеры продолжали поддерживать точку зрения их мамы. Они утверждали, что власть дана королю самим богом и потому людям следовало быть покорными ему. А вот шахтеры успели поднабраться новых идей. Джон Локк и другие философы настаивали: источником любой власти может быть только добровольный выбор народа. Эту теорию разделял и Мак.
Очень немногие в шахтерских семьях Хьюка умели читать, но матушка Мака была грамотной, и он убедил ее обучить его. Она дала домашнее образование обоим своим детям вопреки ворчанию мужа, что она не по одежке протягивает ножки, замахиваясь на привилегию, недоступную людям, ее окружавшим. У миссис Уейгел Мака неизменно просили читать вслух газеты «Таймс», «Эдинбургский вестник» и политические издания вроде радикального журнала «Северный британец». Газеты всегда были недельной, а то и месячной давности, но мужчины и женщины из деревни с живым интересом слушали длинные речи, изложенные дословно, сатирические обличения, репортажи о забастовках, маршах протеста и бунтах».

Фоллетт, Кен. Место под названием «Свобода»: роман / К. Фоллетт. — Москва: АСТ, 2019. — 512 с.